Андрей Анпилов

ПЕРЕВОДЫ

1.Шумит Берлин
2.Вальсок
3.Вашей дочке двадцать лет
4.Сара
5.Дядя Альберто
6.Грасиас а ла вида
7. Лили-Марлен
8. Mein Lied Ist Aus Wien
9. Az To Se Mnu Sekne (<Когда дам я дуба>)
 
ШУМИТ БЕРЛИН
          ( с немецкого)
                           из Вольфа Бирманна

 

Шумит Берлин, уснуть невмочь.
Лежу один всю ночь, всю ночь –
Ни друга, ни подруги,
Ни сна, ни гостя на порог,
Ни под рукой хоть кошки впрок,
Ни ангела в округе.

Лежу один, уснуть невмочь.
Шумит Берлин всю ночь, всю ночь
Вполголоса, вполсвета.
Мой вечный хутор, край земли,
Тоска, собачий лай вдали
И песня без ответа.

Шумит Берлин, уснуть невмочь.
Гляжу, как маятник всю ночь
Шагает под часами.
Чего я ради в рифму выл,
Лбом в стену бил и первым был?
Но вы теперь уж сами.

Уснуть невмочь, шумит Берлин,
Париж, Нью-Йорк, Иерусалим.
Хоть напоследок дай мне
Покоя, Господи, гнезда.
Das Nest für mich bleibt da oder da,
Wo Du bist, liebste Meine.

 

 

ВАЛЬСОК
        (с португальского)
                        из Чико Боарку

 

Однажды он пришел домой, не пав в бою,
Не зол, не пьян, почти не раздражен.
Не стал с порога проклинать судьбу свою,
Чему был сам немало поражен.

И в сумеречной мгле он тихо произнес слова,
Убив жену буквально наповал.
Дрожала за окном вечерняя листва
И свет на шторах тени рисовал.

И женщины в тени усталый силуэт
Угадывался, еле различим.
И в праздничное платье первый раз за много лет
Она переоделась без причин.

Смахнула что-то пудрой около ресниц,
Вздохнув украдкой, уложила малыша.
И, взявшись за руки, не поднимая лиц,
Они из дома вышли не спеша.

Вдоль набережных, светлых площадей,
Кварталов небогатых и тюрьмы,
Вдоль вывесок, скандалов и идей
Плыла немая музыка зимы.

И кто-то над землею горевал,
Был полон кто-то нежности такой –
И мир вновь сам себя не понимал,
Но первый раз на свете был покой.

 

 
ВАШЕЙ ДОЧКЕ ДВАДЦАТЬ ЛЕТ
                   (с французского)   
                                                из Ж.Мустаки

 

Вашей дочке, мадам, - ведь подумать, двадцать лет.
Было столько и вам в недалекий тот момент –
Вы на собственный риск принесли через порог
Этот крохотный писк, перепуганный комок.

Долго ж, надо сказать, не решался этот рот
Два-три слова связать, все хотел наоборот.
И вообще-то, мадам, воспитанье бы вдвойне
Приравнять по годам к пребыванью на войне.

И вот как-то не вдруг все заметили вокруг,
Что, мол, время тук-тук и созрел ваш нежный фрукт.
И уже – стыд и срам – завелся в худой денек
В вашем доме, мадам, посторонний паренек.

Стал народец честной так друг дружечку любить –
Что и в доме тесно, шагу некуда ступить.
Егозят тут и там сладкой парочки тела.
Вы забыли, мадам, про такие уж дела.

Чуть не сводит с ума – день и ночь хихи-хаха –
Как невинность сама, что не ведает греха.
Но обиднее то – прям нельзя и выносить –
Не хотят ни на что разрешения просить.

До недальнего дня, первой черной полосы,
Первой горькой до дна женской боли и слезы –
Улыбнитесь, мадам, вот вам искренний совет –
Чтобы девочка вам улыбнулась бы в ответ.

 

 

 

САРА
             (с французского)           
                                           из Ж.Мустаки

 

Той, с кем делю я ночью плед, -
Уже давно не двадцать лет.
Была девчонка
Недурна
И вдруг ослабла
Как струна,
Устав от сладости
В крови,
От полуискренной
Любви, -
Оставил всадник
Удила,
И все
Дела.

Той, с кем делю я ночью плед, -
Уже давно не двадцать лет.
Отяжелела
Ее грудь
От ласк, добытых
Как-нибудь,
От встреч безмерных
Впопыхах
Дряблы живот ее
И пах,
И огрубели
Пальцы ног
В пыли
Дорог.

Той, с кем делю я ночью плед, -
Уже давно не двадцать лет.
Не надо слез,
Душевных спазм,
Уймите смех свой
И сарказм.
Когда она
Рукой во сне
Вслепую тянется
Ко мне –
Я слышу сердца
Нежный стук
И улыбаюсь
Вдруг.

 

 

ДЯДЯ АЛЬБЕРТО
       (с испанского)
                          из Жоана Мануэля Серрата

Ему б уютно в гамаке
Дремать с сигарою в руке,
Хранить бы в старом сундуке свою корону.
Все он отведал и постиг,
Черт побери - пожил старик
Как подобает мушкетеру и пижону -
Дядя Альберто, дядя Альберто...
По видам на море, по винам,
Красоткам, старинным картинам
Нет лучше в Европе эксперта,
Чем небогатый и немолодой,
Незнаменитый, даже неродной,
Незабываемый дядя Альберто.

Хотя уж нет былых страстей,
Есть дом открытый для гостей,
В кастрюле суп не из костей - на всякий случай.
Старик - бывалый сибарит,
На сером лацкане горит
Почетный орден Легиона - вот живучий!
Дядя Альберто, дядя Альберто...
Но шорох авто, женский лепет
Бросают его в прежний трепет,
Вновь сердце поет беззаветно...
Хоть это, в сущности, и бред -
Он до сих пор еще поэт,
Да он романтик еще - дядя Альберто!

Одной ногой почти в гробу,
Он верит все еще в судьбу,
В свою любовь, в свою мечту, в свою блондинку.
Танцуй, король, не надо слов,
Примером будь для нас, ослов,
И умоляю - не меняй пластинку!
Дядя Альберто, дядя Альберто...
При полном вечернем параде
В тени на приморской веранде
Запомнись светло и бессмертно -
Сухой подкручивая ус,
Держа на дам победный курс,
Жизнь обожающий на вкус - дядя Альберто
.

 

GRACIAS DE LA VIDA
                (с испанского)           
                            из Виолеты Парра

Милая жизнь,  спасибо –

Днем говорю и ночью –
Благо святое ибо
Видеть тебя воочью.
За листья с зеленой кровью,
За рай земной с небесами,
Плывущими к изголовью
Под звездными парусами.
Вспомню тебя с любовью,
Вдаль провожу глазами.

Грасиас а ла вида –
Так говорю я снова –
Милая жизнь, спасибо,
Ты мне вручила слово.
Вложила негромкий голос,
Песню дала в дорогу
И срезала словно колос
На радость себе и Богу.
И сердце, что раскололось,
Утешила понемногу.

Жизнь, говорю, спасибо –
Всюду тебя услышу –
Лестниц ночные всхлипы,
Шорох дождя о крышу.
Услышу, навек запомню –
И шопот неуловимый,
И днем в тишине огромной –
Кузнечик неутомимый.
И твой в глубине укромной
Голос, всегда любимый.

Милая жизнь, спасибо.
Сердце мое всей кровью
Бьется не от обиды –
Движется мир любовью.
Любовью одной как прежде –
'МузЫка и состраданье
Горю в худой одежде,
И ласточки трепетанье.
И молодость шлет в надежде
Вечером на свиданье.

Слава тебе, спасибо.
Ты мне дала так много.
Теплым дождем омыта
Пройденная дорога.
Разлуки были, потери –
Но ничто не пропало.
Однажды, себе не веря,
Во двор твой войду устало
И постою у двери –
Это не так уж мало.

Милая жизнь, спасибо.
Слово еще, не боле.
Песня – ты вся открыта
Счастью, любви и боли.
Гляжу тебе вслед с причала
Парус пропал из вида.
И уже без меня звучало –
Грасиас а ла вида,
Грасиас а ла вида,
Грасиас а ла вида...oben

 ЛИЛИ-МАРЛЕН
                       (с немецкого)
                                 Hans Leip, 1915

У ворот казармы
Так же, как и встарь,
Светит легендарный
Газовый фонарь.
Там стоит в фуражке набекрень
До сих пор
Моя тень
С тобой, Лили Марлен,
С тобой, Лили Марлен.

Пусть себе прохожий
Мимо держит путь.
Нам объятий, боже,
Ввек не разомкнуть.
Даже утомленный мотылек
На плечо
Сам прилег
Твоё, Лили Марлен,
Твоё, Лили Марлен.

Слышится вечерний
Грозный зов трубы.
Вот итог плачевный
Рядовой судьбы.
Надо возвращаться в гарнизон.
Что ж, прощай,
Сладкий сон, -
Моя Лили Марлен,
Моя Лили Марлен.

Упаду в окопчик:
Где ты, милый друг?
Кто с тобою топчет
Освещенный круг?
Ты сегодня, думая о ком,
На плече
С мотыльком
Грустишь, Лили Марлен,
Грустишь, Лили Марлен?

Из-под трав зеленых
И загробных снов
Губ твоих влюбленных
Я услышу зов.
И в цветном тумане как и встарь
Вновь шагну
Под фонарь
К тебе, Лили Марлен,
К тебе, Лили Марлен. oben

 
MEIN LIED IST AUS WIEN 
                     (с немецкого)
                                   Herz/Bronner

Удача в кармане - транзитный билет.
Бежишь как в тумане, и времени нет,
И вечно всякий хлам
Бросаешь в чемодан.

Очнешься порой на пустом этаже.
Откуда вещички - не вспомнить уже.
Лежат они, грустны,
На полках словно сны:

Из Цюриха галстук, английский пиджак,
Открытка - мечтательный Рим.
Голландская шляпа - ты в ней как чужак,
Приезжий, беглец, аноним.
Та пани в Варшаве - как звали ее?
Малец из Браунау* - несчастье мое:
Все позабыто, лишь венский мотивчик один
Из памяти неизгладим.

Опущены шторы, в квартире чужой
Гляжу я на вещи отнюдь не ханжой
И строго не сужу
Все то, чем дорожу.

Лежит предо мною былое старье,
И каждая вещь говорит про своё,
Ведет к себе домой,
Как жизни фильм немой:

В Париж - из ломбарда просроченный чек.
Платки кружевные - в Брюссель.
Часы - мне их в Праге чинил старый чех.
А свитер, конечно, в Марсель -
Красоткой Шарлоттой он связан и сшит.
А вот и Берлин - запись в паспорте <жид>:
О, я бы спел вам про это отдельный куплет -
Прекрасную музыку, слов только нет:

Когда же закончится жизни кино -
Я песенкой в Вену вернусь все равно.


* Braunau am Inn - город в Австрии на реке Инн на границе с Баварией. Население - 16 000 жителей (2001). В Браунау родился Адольф Гитлер. (Википедия)oben



AZ TO SE MNU SEKNE
(Когда дам я дуба)
                     (с чешского)
                                  из Яромира Ногавицы

Как-то утром я надену из картона боты,
И смекнет старуха, что уж мне не до работы.
Вмиг сойдутся гости буднично и просто
На Силезскую Остраву с Сикорова Моста
В тот весенний славный день, когда дам дуба.
Любо, вот будет любо,
В тот весенний славный день, когда дам дуба.

Пусть покажут все они, как меня любили.
Только, чур, чтобы выпивки и баб было в изобилье.
Потому что не терпел при жизни я халтуры,
И в гробу лежу хранителем культуры.
Вот будет любо!
Любо, вот будет любо,
В тот весенний славный день, когда дам дуба.

Кто-то не проснется просто так, говорят - счастливчик.
Кто-то задохнется, сдуру нос засунув в лифчик.
А я б хотел пойти ко дну, как сбитый флагман,
Быстро, как из старой песни старый Магдон.
Вот будет любо!
Любо, вот будет любо,
В тот весенний славный день, когда дам дуба.

Уж не знаю, что с собою брать, какую отраву:
Что у них там принято смолить - <Приму> или <Яву>?
Но уж точно что возьму - так заначку рома,
Потому что там, где ром, - там, считай, и дома.
Вот будет любо!
Любо, вот будет любо,
В тот весенний славный день, когда дам дуба.

Не для перевоспитания и не для пользы
Уж определи меня, Господи, возле Лойзы.
С Лойзой мы вдвоем прогуливали школу,
Вниз катились, вместе поднимались в гору.
Вот будет любо!
Любо, вот будет любо,
В тот весенний славный день, когда дам дуба.

Как-то утром я надену из картона боты,
И смекнет моя старуха, что уж мне не до работы.
Что не делай, друже, - всё равно зароют лохом,
Впрочем, всё могло быть хуже - а вышло неплохо
В тот весенний славный день, когда дал дуба.
Что не делай, друже, - всё равно зароют лохом,
Впрочем, всё могло быть хуже - а вышло неплохо
В тот весенний славный день:


 

 

 

 

golos          design              kontakt               links